Любовь (goldfond) wrote,
Любовь
goldfond

Categories:

32 часа пути от Петербурга до Ижевска

На днях меня пригласила подруга детства, десять лет назад переехавшая из Ижевска в Петербург, в гости на семейное торжество.
На вопрос, что подарить, последовал ответ: «С тебя выпивка».

У меня в загашнике оказалась бутылка водки в очень оригинальной бутылке, которую я купила у поставщика по смешной цене склада; вот с ней я и явилась.

Муж подруги, радостно потирая руки, со словами: «Вот умеешь ты, Любаша, порадовать!», ухватил бутылку и побежал в кухню дегустировать, а подруга, усмехаясь, напомнила мне историю моего к ней приезда в середине 90-х.

А история вкратце такова.

В середине 90-х, когда рушилась вся промышленность и творилось черт знает, что, наш свечной заводик благополучно стал загибаться. Никого не сокращали — не было денег на выплаты, народ разбегался сам, кто куда может.

Работали по 3 дня в неделю, за соответствующие деньги, а в январе нас отправили на весь месяц на так называемый, гарантированный оклад — т. е. минимум, ниже которого нам платить не имели права по закону, но при этом, не надо было ходить на работу.

Ижевская подруга пригласила меня к себе, чтобы отвлечь от мрачных мыслей и не мозолить глаза дочке с первым зятем.
При этом сообщила, что у них зима с этом году мягкая, -5 всего. Я легкомысленно не стала заморачиваться с кучей теплой одежды, забыв, что еду на Урал.

В купе у меня оказалось три попутчика: толстый румяный прапорщик, похожий на Швейка, и два командированных мужичка с дикого бодуна.

Прапорщик кинул свои вещи на полку надо мной и ушел в соседнее купе, где ехали его приятели, а командированные стали затаскивать в купе какие-то тюки с бумагой.
Только они закончили возиться, поезд отошел, и они стали озабоченно обсуждать, где достать водки опохмелиться, т. к. из-за погрузки не успели ничего купить.

На первой же длительной стоянке они побежали на вокзал и притащили подозрительную зеленую бутылку водки с не менее подозрительным сургучом на горлышке.
Я насторожилась, т. к. в эти годы было много всякого спиртового пойла, куда подмешивали ацетон, метанол и другую отраву.
В это время пришел прапорщик, достал из пакета бутерброды с салом, и стал ужинать.

Как только мужики разлили водку по стаканам, меня черт дернул за язык спросить, где они ее купили. На что пожилой бодро ответил, что какой-то мужик продавал из багажника машины и рекламировал, что это замечательная водка - «сучок», из древесного спирта.

Я пришла в ужас и стала их уговаривать не пить, т. к. не хочу ехать со жмуриками.
Мужики разозлились, начали на меня недобро смотреть и спорить, что они и не такое пили, и ничего.

Тут вмешался жующий прапорщик и рассказал случай, который произошел в его городе, когда какой-то дядька, ремонтируя машину в гараже у железной дороги, увидел протекающую цистерну.
Понюхал жидкость — пахнет спиртом. Он набрал канистру, принёс к себе домой, а по дороге угостил алкашей у подъезда. Утром смотрит — алкаши живы. Он дал канистру теще и отправил ее на улицу торговать в розлив.
После этого, от отравления этим спиртом умерла куча народу, и мужика посадили.

Командированные притихли, потом старый говорит молодому: «Ерунда всё это, пей первый!». Молодой отказался и после долгих препирательств, они решили эту бутылку выкинуть.
Молодой пошел выбрасывать и даже вылил водку в туалет, чтобы проводники не позарились.
Вернулся и говорит пожилому: «Ты только на работе не проболтайся, что вылили. Посмешищем будем».

Затем все улеглись спать, а утром, свеженькие и бодрые, мужики предложили мне сыграть с ними в карты. Мы уселись играть в подкидного, а прапорщик опять ушел к своим, заявив перед уходом, что в карты не играет и ничего, кроме пива, не пьёт.

Играли мы целый день с перерывами на еду и перекуры.
В соседнем купе стоял женский визг и хохот.

Вдруг вечером, когда мы уже собирались заканчивать игру и укладываться спать, дверь с грохотом откатилась, мы повернулись - в купе по-пластунски вполз прапорщик, пьяный в хлам, со швейковской улыбкой на лице, уронил голову на коврик и захрапел, булькая и что-то бормоча.

Весь он на коврик не поместился, ноги остались в коридоре, а т. к. ему было тесно, он умудрился положить мне свою ручищу с кулаком, как копыто, на колено.

Я руку спихнула, он открыл глаза,угрожающе прищурился и стал медленно пытаться подняться.

Тут мои трезвые командированные быстренько уложили его опять на пол.
Прибежали проводники - два субтильных студента — и стали его уговаривать лечь на место.
Тут уже взвыла я, т. к. его полка была надо мной, и мне не хотелось превратиться в аппликацию, если он рухнет.

Тогда проводники стали угрожать, что вызовут милицию и ссадят прапора на ближайшей станции. Притащились его собутыльники, выслушали всех и забрали его в свое купе.

Приехали мы в Ижевск в 4-30 утра. Оказалась, что там уже -26.
Прапорщика вывели под руки, он извивался и пытался ползти на коленях. Всем вагоном еле уговорили его надеть шинель.

Командированные предложили довезти меня на машине до дома подруги, я радостно согласилась и тут же обнаружила, что оставила дома записную книжку с адресом и телефоном.

Пришлось еще два часа тусоваться на холодном вокзале в ожидании подруги среди каких-то оборванцев и странных личностей.
Присесть было некуда — на всех диванах спали бомжи.

К моменту появления подруги я промёрзла насквозь, т. к. стояла на одном месте в стильных австрийских сапожках, вцепившись в свою сумку с вещами.

Она явилась в шубе и в валенках, пришла в ужас от моего внешнего вида и вместо «здрасьте» тут же отчитала за беспечность.
В ответ я развеселила ее своими россказнями, но не ожидала, что она так надолго все это запомнит.
Tags: бла-бла-бла, поездка из петербурга в ижевск
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 57 comments

Recent Posts from This Journal